-- Сергею Евгеньевичу за решеткой не просто плохо - он сейчас в опасном противостоянии с администрацией колонии. Обе стороны вошли в клинч в сентябре этого года, когда суд отказал Мохнаткину в смягчении условий содержания – переводе на поселение. Тогда все и обострилось: он стал жаловаться на порядки в колонии, а однажды сорвался и на ровном месте объявил голодовку. А жалобы на администрацию и отказ от пищи - это, как вы знаете, недопустимая вещь в том потустороннем мире. Оттуда можно жаловаться на что угодно и на кого угодно - хоть на Господа Бога! - но только не на них, вертухаев. И Мохнаткину объявили: «Хочешь по закону? Будет тебе по закону...»

И «по закону» он уже второй месяц практически не выходит из шизо. Нет, все делается по правилам: не более 15 суток подряд! После отбытия этого срока зека обязательно «поднимают» по режиму на сутки-двое, а потом снова водворяют в карцер. А причина всегда найдется, в том числе и провокаторская. Но вот последний раз поводом стала его жалоба прокурору на то, что у него, Мохнаткина, отобрали телефон(!)

Да, он человек наивный и настолько «отдельный», что... А что такое быть отдельным на зоне, полагаю, объяснять не надо. И дело не только в том, что Сергей Евгеньевич не был готов к заключению под стражу, но и в том, что он лишен как материальной, так и юридической поддержки. И психологической тоже. Нет, он получает письма, иногда бандероли и даже небольшие денежные переводы. Но их не хватает на самое необходимое. Ему ведь никто не передает в посылках ни носков-трусов, ни мыла с шампунем, ни сигарет, ни тех же лезвий для бритья. А ведь хочется еще и колбаски, и конфет с печеньем...

Теперь же Сергей Евгеньевич лишился и своей замечательной «придурочной» должности завхоза и тех жалких пятисот рублей, что перечислялись ему на счет от зарплаты. Об этом нам сообщил заместитель начальника колонии по воспитательной работе подполковник А.Г. Шмелев. Это был второй визит тверских мемориальцев, но, как и предыдущий, он закончился лишь беседой с начальством. (Собрались было ехать в третий раз, когда узнали – Мохнаткин снова в карцере.)

И надо сказать, оно, начальство, может, и скрипя зубами, но было словоохотливо. Тот же Шмелев, тот же и.о. начальника колонии С.В. Иванов пространно отвечали на наши вопросы, вот только во встрече с Сергеем Мохнаткиным отказали – не положено. Да мы и сами понимали, что из карцера на свидание не выводят.

Надо сказать, что мы имели сведения и из другого источника. И странное дело: зоновское начальство было благожелательней в своей характеристике зека Мохнаткина, чем другая сторона. И хотя это дало объемную картину, но главным делом была личная встреча с Сергеем Евгеньевичем. К сожалению, это пока не получается.

А так хотелось объяснить ему, что бодаться с вертухаями, да еще по мелочам, - себе дороже. Да, именно так и сказать! Этого ведь не могут себе позволить зеки куда как более именитые, а уж человеку, по сути лишенному полноценной юридической помощи, это совершенно неподъемно. Вот и тот блицвизит адвоката, что случился в ноябре, лишь усугубил положение нашего заключенного. Адвокатам тоже не стоит качать права. А то получается фанаберия на пустом месте.

И не надо пытаться делать из Сергея Мохнаткина борца! На амбразуру пусть кидаются другие – молодые, крепкие, горластые. Амбразура таких любит. А Сергею Мохнаткину нужно просто выстоять во враждебной ему среде. И не только выстоять, а вернуться на волю. И уже на воле самому решить: кидаться ему с головой в политический омут или постоять в сторонке.

Вот только прежде нелишним будет напомнить одно важное обстоятельство: после колонии ему некуда будет податься. И что его ждет после освобождения – неизвестно: ни семьи, ни жилья, ни работы...

Но и теперь все горько и одиноко, хоть и находится он среди людского скопища. К тому же никто с воли не рвется к нему на свидание. Хотя раз в месяц это может сделать любой. А он, повторяю, так нуждается в психологической поддержке, в простом разговоре по душам...

Приезжайте. И если не увидите Сергея Евгеньевича, то посетите славный город Торжок – уже хорошо. И пишите письма. Особо прошу это сделать бывших сидельцев. Вы-то наверняка сможете дать практические и дельные советы. И найдете убедительные слова, что помогут человеку продержаться до конца срока.